Пыль стоит столбом, ветер тащит по земле мусор и пепел, а местные уроды опять трясут деревню на предмет съестного. Никто не рыпается, защищать своё тут разучились ещё после первой волны огня и радиации. И в этот привычный кошмар въезжает фигура. Высокий, без суеты, грудь исполосована семью шрамами, будто по нему водили ритуальным лезвием. Кэнсиро не угрожает, не торгуется, он просто идёт, и те, кто пробует его остановить, валятся с диким хрустом внутренних органов. Никакой магии, пули тоже отдыхают. В его руках древняя техника Хокуто Синкэн, где одного касания хватает, чтобы разворотить человека изнутри. И пришёл он сюда не для того, чтобы стричь дань с перепуганных выживших. Ему плевать на власть над этими выжженными задворками. Он тащится через пустошь, потому что ищет Юрию, которую забрал Син. Пока Кэнсиро идёт по её следу, пустошь начинает лихорадить. Рядом с ним появляются те, кого этот молчаливый убийца зачем-то взял под крыло: пацан Батт и девчонка Лин. Поначалу кажется, что всё дело в погоне за одной женщиной, но очень скоро выясняется, что врагов больше, чем грязи под ногами. Это не просто ревнивый Син, это целая паутина из тех, кому удобно жить, когда слабый не смеет поднять головы. Чем дальше заходит Кэнсиро, тем жёстче стычки, тем яснее одно: найти Юрию мало. Придётся выкорчевать саму систему, где человеческая жизнь стоит дешевле глотка воды. Вместо красивого восхождения героя мы видим ходьбу через ад, в котором за каждым поворотом сидит новый мастер смерти, уверенный, что он тут главный хищник. И каждый раз Кэнсиро приходится объяснять этим хищникам, что они уже трупы, просто пока не развалились на части.