Прайд знает будущее, и это знание душит. В прошлом сезоне она сумела избежать нескольких катастроф и заставила окружающих поверить в её силу. Теперь, когда её подпись стоит под королевским указом, ставки взлетели. Никто больше не видит в ней удобную наследницу — все видят угрозу. Её попытки спасать людей до того, как беда случится, оборачиваются ломкой старого порядка. Старые аристократические дома, привыкшие к хаосу и наживе, объявляют ей тихую войну. А те, кто ещё вчера клялся в верности, начинают сомневаться, когда она впервые отдаёт непопулярный приказ, не имея времени объяснять причины.

Двор раскалывается на три лагеря. Первые кричат, что королева слишком мягка, и требуют крови. Вторые боятся прецедента: если сегодня она казнит одного предателя, завтра начнёт рубить головы направо и налево. Третьи видят в её доброте слабость и подсовывают ей фальшивые доносы, пытаясь стравить с невиновными. Прайд вынуждена становиться холоднее. Она прячет планы даже от Стейла, чтобы уберечь его от лишней боли. Но именно это отдаляет их. Каждая ночь, проведённая за картами и донесениями, каждый нерассказанный страх ложится трещиной между ними.

Стейл остаётся рядом, но враги быстро поняли: Прайд можно ранить только через тех, кого она любит. Тиара попадает в ловушку, и, чтобы спасти её, королеве приходится заключить грязную сделку с одним из тех, кого она презирает. А потом под удар попадает сам Стейл. В тот момент, когда жизнь самого близкого человека висит на волоске, Прайд впервые задумывается: а что, если тот самый образ злодейки из будущего — не предостережение, а единственный способ уберечь страну и любимых? Если, чтобы выжечь заразу, нужно самой стать огнём?

И чем сильнее она меняет предначертанное, тем опаснее становятся новые, неучтённые угрозы. Армия на границе бунтует, зерно гниёт на складах из-за саботажа, а новый противник, не фигурировавший в старых видениях, плетёт интригу, в которой не предусмотрено ни капли пощады. Прайд вынуждена балансировать: власть без чувств приблизит её к тому чудовищу, которого она клялась не стать, а если позволит эмоциям взять верх, трагедия повторится, но в гораздо более жестокой форме. И теперь, когда очередной выбор стоит между жизнью Стейла и стабильностью королевства, ей придётся понять, кем она на самом деле хочет остаться после всего этого.